“Это у вас от шока”: рассказ о поездке в “Новороссию”

14
10

По многочисленным просьбам взялся таки описать одно путешествие в «Новороссию». Садитесь удобнее, господа, ну, и те, кто все еще считает себя товарищами, и читайте.

Первое, что пришлось сделать (по совету более опытных в этом деле друзей) – поменять сотовый телефон на более простенький. На всякий случай. А случаи бывают разные: понравился твой аппарат какому-нибудь «освободителю», и уедет в Гусиноозерск, даже сим-карту не дадут вытащить.

На телефоне – также по совету друзей – пришлось переключить язык с «украинский» на «русский», ибо также бывали инциденты на пропускных пунктах. Так-то «ополченцы» мобильники вроде не проверяют у всех подряд, но если ваш телефон вдруг зазвонит в момент пересечения линии разграничения – практически всегда кто-то из боевиков берет его и смотрит. И не только кто звонил в этот момент – может и полистать. И фоточки посмотреть. Попадется что-то подозрительное – поедешь «на подвал». Иногда после этого люди пропадают совсем.

Также рекомендуется на время визита освобожденную от «бандеровцев» счастливую Новороссию деактивировать свои аккаунты в соцсетях. Периодически и выборочно проверяют. И не дай Бог увидят какой-то «не такой» пост, в котором мелькнет украинский флаг или, не дай Бог – украинский язык. На месте, конечно, не расстреляют, но МГБ ЛНР вполне может сделать из вас агента СБУ или члена «Правого сектора», направленного на диверсионную работу. Так что – лучше не рисковать.

Разрешение СБУ на посещение ОРДЛО получено четко в срок – удаленно, на сайте службы. Билеты на поезд до Лисичанска куплены. Вперед!

Первое, что поразило – часть из пассажиров, те, которые явно едут туда, а не на неконтролируемую территорию – как-то закрепощены и на определенные темы («политику») стараются разговоры не разговаривать (на обратной дороге с этим получше). Люди опасаются. Сегодня вечером ты разоткровенничался с соседкой по купе, поговорил(а) по душам, а утром на пропускном пункте она тебя «ополченцам» и «сдаст». Тоже всяко бывало.

В Лисичанск поезд приходит, когда на улице стоит кромешная темень, в 4 часа утра. Но уже ждут «маршрутки» (а для тех, кто побогаче и желает определенного комфорта – автомашины), которые за 200 гривень (таксу проезда в автомобиле не спрашивали) отвезут до Станицы-Луганской. Стоимость проезда (115 км) – приблизительно в 2 раза превышает стоимость проезда по Украине.

Станица-Луганская. Единственный пункт пропуска на территорию ЛНР и обратно. Чуть позже станет известно, почему такой же ПП не работает в Золотом – там интересная и поучительна история. На украинской стороне – все «цивильно»: пункты обогрева в палатках, оборудованный переход, где, собственно, осуществляется паспортный контроль и пропуск, еще какие-то здания. Единственный минус – туалеты. Их всего 2 и к ним огромная очередь, ведь за день через пункт пропуска проходит иногда до 20 тысяч людей.

Очередь движется быстро. Пограничник бегло просматривает паспорт, сверяется с какой-то базой данных и вот ты уже идешь в «Новороссию». Это приблизительно 1,5 км пешком через 2 моста. Пожилые женщины прут на себе огромные баулы. Тут и там мелькают дети. Мужиков совсем мало, особенно молодых.

Молодая республика встречает огромным бил-бордом, на котором кто-то призывает любить Луганск. Место паспортного контроля. Бросается в глаза, что, по сравнению с украинской стороной, тут совсем мало военных. Всего несколько человек. Один проверяет – довольно небрежно, ели это женщина – паспорта и пропускают дальше, собственно, в ЛНР.

Да, кстати, на границах ЛНР есть то, чего нет с украинской стороны – санитарно-ветеринарный контроль. Дело в том, что бывали случаи массового отравления мясом и мясными консервами неизвестного происхождения, которое неизвестными путями и неизвестно откуда попадало в ЛНР. Поэтому ввоз сала и мяса теперь запрещен. За этим бдительно следит дебелая девка в камуфляже. Контроль заключается в том, что она вручную перелопачивает сумки и изымает запрещенное к ввозу. Просто изымает и – все. Никаких справок и т.п. не выдается. Забрала – и гуляй дальше.

Две бодренькие женщины спешат – им надо занять место в автобусе. Они смело сунут на дебелую представительницу ветеринарного контроля с какими-то прибаутками типа «Доця, у меня сала нету совсем». «Доця» резко осаживает бабуль и ревет прокуренным голосиной: «А ну, назад! Назад, я сказала!»
С бабушек налет оптимизма слетает моментально: «ветеринарный контроль» и пальнуть может из всех стволов.

Очень хочется разобраться с естественными надобностями организма. Но тут с этим еще хуже. Есть один туалет типа «сортир», к которому очередь вовсе уж огромная. Можно, конечно, попросить кого-то посторожить сумки и полчаса уделить отправлению надобностей, но – нет уверенности, что за это время «охранник» сумки не утащит, а, во-вторых, рискуешь остаться без транспорта. Вон они – стоят, автобусы и местные «такси». Автобусы уже штурмует толпа женщин, увешанных котомками, сумками и мешками.

Откуда-то выныривает расхристанный мужичок средних лет с трехдневной щетиной и явно похмельными глазами: «Кому на Луганск машина?!» Зазывала.

Цена вопроса? 150 рублей (по местному курсу – 75 гривень). Дорого – тут до первых домов на Восточном ехать километров 7, не больше. Но вокруг автобусов – смертоубийство и приходиться безропотно следовать за зазывалой, который уже подхватил твои сумки.

Большинство машин у «таксистов» – «убитые». Иномарок почти нет, а если и случаются, то – скажем так – непрезентабельные. Зазывала подводит к «десятке», которой, судя по всему, очень нездоровится. В узком салоне на заднем сиденье – уже сидят двое мужиков. На опасение, что третьему и явно лишнему туда элементарно не влезть, зазывала со словами «ничего, поместитесь», впихивает тело клиента вручную и каким-то образом умудряется захлопнуть дверь.

Кашлянув, машина заводится и скрипя всеми суставами, словно легендарная “Антилопа гну», выруливает на то, то осталось от дороги. Ее видно по широкой полосе залитых водой ям. Едем. Скорость – чуть поболее среднего шага среднего пешехода.

Мужичок справа с явным российским акцентом заводит разговор о том, каково величие России и как все будет хорошо. В будущем. «Америка так и стремится укусить Россию». «Не укусить, а – сожрать», – поправляет его водитель, яростно ворочая рулем в безнадежной попытке объехать колдобины.

Остальные молчат. Молодой россиянин еще то-то там говорит, водитель ему отвечает, что, мол, фиг им всем с прибором; что Россия великая страна, что она всех защитит и что все будет…

Договорить «таксист» не успевает, потому что в этот момент «десятка» чихает, содрогается всеми своими внутренностями, издает неприличный звук и останавливается на обочине, аккурат перед детской больницей на Якира.

«Я щас… Щас все исправим…» – водитель выскакивает из машины, открывает капот и начинает что-то там суетливо дергать.

Все это явно бесполезно. Поэтому, принимая во внимание жуткое желание посетить туалет, приходится машину покинуть и, вручив водителю 100 рублей, брести к остановке маршруток. Бросается в глаза непонятный памятник, переделанный из чего-то другого. Какая-то стела на непонятную тему, а на ней белеют вырезанные из обыкновенного пластика буквы: «Слава героям».

Кстати, в городе совершенно нет коммерческой рекламы. От слова вообще. Большинство бил-бордов, сити-лайтов и т. п. либо пусты, либо заполнены «социальной рекламой». Во-первых, это обязательные картинки разрушенных домов или трупов, почему-то в обрамлении георгиевских лент и надписей «Не забудем, не простим». Во-вторых, это реклама местной полиции с настойчивым предложением «в случае чего» звонить по установленным телефонам. И в-третьих, бил-борды с изображением довоенного города и подписью типа : «Люби Луганск» или с благодарностью России за защиту.

Все это выглядит каким-то ненастоящим, фальшивым на фоне всеобщей серости. Местные, наверное, даже не подозревают, насколько серы их лица, пропитанные какой-то тупой покорностью судьбе. Это и в разговорах с родственниками появляется. В нежелании людей обсуждать «политику». В стараниях найти хоть что-то хорошее, которое упирается в сакраментальное «Зато не стреляют».

Люди, как и города, здесь не живут – существуют. Вроде бы и есть жизнь, и быт, и даже ссоры и склоки между родственниками, как и до войны, но чего-то все равно не хватает. Чего-то микроскопического, незаметного, но ключевого. Наверное, уверенности в будущем.

Возразят: да у кого в Украине есть уверенность в будущем? Никакой стабильности ведь. Все, что угодно может случиться.

С одной стороны, это так. Да не так. Почему люди в ЛНР стараются без необходимости не выходить на улицы? Ведь не стреляют же? Почему даже днем движение машин минимальное? Нет, «ополченцев» здесь не боятся. Стараются как бы не замечать – да. Но не боятся. Чего их бояться – я же ничего такого не сделал(а). Да, люди пропадают. Но они, наверное, в чем-то виноваты. Но все равно внутри какой-то червячок точит душу…

Работы нет. Нормальной работы. Людей, которым 35+ на работу не берут. Почему – никто толком объяснить не может. Не берут и все. Как одна родственница рассказала: «Придешь на собеседование, вроде бы все нормально, открывают паспорт, смотрят дату рождения и все…» Поэтому те, кому 35+ держатся за ту, работу, которую имеют. Уволишься – хоть помирай.

Предприятия – гордость Луганщины – стоят. А некоторых уж нет. Луганский электромеханический, знаменитая «сотка», «ПолиПак», станкостроительный им. Пархоменко – вывезены в Россию. Как говорят власти ЛНР – «эвакуированы». По местному, и даже российскому телевидению торжественно объявили о запуске (очередном) Алчевского металлургического комбината. На самом деле он не работает. Он тлеет. Люди ходят на смены, им платят какую-то зарплату, но продукции меткомбинат не дает. И так везде.

Что работает? Работают (более или менее) рынки. Работают продовольственные магазины и супермаркеты. Общественный транспорт. Кроме троллейбусов и трамваев. В Алчевске троллейбусы практически не ходят – кое-где даже сняли медные провода контактной сети. То же самое – в Луганске. Пара маршрутов троллейбусных остались. Люди ездят преимущественно маршрутками или ходят пешком.

И вздыхает родственница, рассматривая привезенные на флешке фото: вот это мы на фестивале «писанок» в Киеве; вот это конкурс произведений народного творчества; тут дети на экскурсии в музее Кролева: «Да, у вас там жизнь, а тут… полный застой…»

Застой – это еще мягко сказано. Все, кто что-нибудь умел – давно уже выехали. В Алчевске, например, практически не осталось врачей в больнице – тех, кто хотя бы что-то из себя представлял в профессиональном плане – забрали на работу в Луганск, в областную клиническую. Потому что оттуда тоже почти все уехали. О профессорско-преподавательском составе местных «университетов» – отдельная невеселая тема. И так во всем. Средний возрст жителей ЛНР к 50+ стремительно приближается.

В некоторых домах пустует третья часть квартир. Периодически идут слухи, что пустующее жилье будут конфисковывать в пользу «молодой республики». Кое-кто из выехавших договаривается с родственниками, знакомыми, соседями, чтобы те периодически ночевали или хотя бы зажигали свет в квартирах. Кое-кто пускает квартирантов за символическую цену.

Продать? Продать можно, но мало кто решается. Цена двухкомнатной в центре Луганска – 8 тысяч долларов. Можно сторговаться за 7. Впрочем, конфискации пока остаются страшилками, как и всеобщая мобилизация в «непобедимую армию Новороссии» – конфисковать можно, но кто жить в ней будет?

Есть любители риска или те, у кого деньги лишние – покупают квартиры (и даже несколько) по местным законам с последдующим переоформлением. Риск есть – прежний хозяин после освобождения города может заявит, что никому ничего не продавал. Но слишком уж велик соблазн купить однокомнатную в областном центра за каких-то 3-4-5 тысяч долларов. Можно и о «трешке» за 9-10 договориться.

О ценах – ни слова. Кое-что стоит в 2-3 раза дороже, чем «на Большой земле». Кое-что – даже дешевле, например, хлеб, водка, бензин. Но последние отвратительного качества. Огромные цены на лекарства – местные ездят за ними в Станицу и дальше. Те, что есть – российского производства и соответствующего качества. Продукты более или менее дешевые есть, но опять же – российские с соответствующим качеством. Но местные уже привыкли.

Зато пресса молодой республики полна энтузиазма. Нет бензина на заправках? Скоро будет. Завтра. Или на той неделе. Россия уже дала. Зарплаты платятся вовремя, а если и есть задержки – это временные трудности, Россия уже дала. И заводы вот-вот заработают. Надо только подождать. Ну, а все проблемы и катастрофы имеют один источник: диверсионная деятельность украинской агентуры.

А еще ощущения провала в такой квази-СССР. Если кто-то помнит особенности советской пропаганды; все эти плакаты, воззвания, памятники; бесконечные “чествования героев”, “уроки мужества” – это все там есть.

Там буквально пахнет “совком”. Там даже стиль и слог газет советский: “мировая закулиса”, “американские империалисты”; “кровавые бандеровцы”; “враждебное окружение”; “украинские буржуазные националисты”; “сплоченность рядов против врагов молодой республики”; “временные трудности”; “достижения народного хозяйства и т. п.
И бесконечные кинофильмы советских времен по вечерам…

Трудно сказать, кто из местных реально верит луганским газетам. Наверное, есть и такие. А вот в “кровавую украинскую хунту” многие верят даже вопреки тому, что лично видят, выезжая за пенсиями или просто за харчами в Харьков, Бахмут, Северодонецк. Наверное, так легче жить…

Отдельная эпопея – братная дорога. Как оказалось, чтобы выехать на пункт пропуска в Станицу-Луганскую, надо отстоять воистину чудовищную очередь за билетами на Луганском центральном автовокзале. Желательно занять очередь с раннего утра. Рассказывают, что в этих очередях и от сердечных приступов умирают, и драки случаются, и кого-то даже насмерть затоптали.

Дело в том, что возить людей, даже из других городов ЛНР – Краснодона там, или Свердловска, минуя Центральный автовокзал Луганска запрещено. Поэтому люди сначала платят за проезд из Антрацита или Первомайска до Луганска, а там встают еще в одну очередь, которая обычно растягивается на весь длиннющий перрон – от пригородных касс до эстакады, которая ведет в зал ожидания.

Но и покупка вожделенного билета не дает вам гарантии, что вы сядете в автобус до Станицы. В билетах номер рейса и место не указываются – это как бы билеты городского сообщения. Поэтому к автобусам (маршруткам) своя живая очередь. Родственник рассказал, что один раз выехал с автовокзала только восемнадцатым(!) по счету автобусом.

Посадку в маршрутки регулируют автоматчики. Это местная милиция. Люди с автоматами или пистолетами строго следят за порядком. Пропускают через турникеты по 5 человек за раз, пока не загрузится очередной автобус – 45 человек. Цена билета – 12 рублей. По-божески.

Почему такая странная система? Почем покупка билетов превращается в сцену из кругов ада Данте с рыданиями, проклятиями и даже поножовщиной? Говорят, что с автовокзала «кормится» какой-то местный очень важный князек из числа «освободителей». Львиная доля из собранных с мигрантов 12 рублей, идет ему в карман. Из-за того, что ему никак не выгодно, чтобы часть «прибыли» уплыла, и был «похерен» проект дополнительного перехода через линию разграничения в Золотом. Так, что украинская сторона тут ни при чем. Бизнес и ничего личного, как говорят.

Слава Богу, в очереди стоять не пришлось. Отстоял родственник. С раннего утра. Потом, с этим билетом и билетом на поезд, идем к милиционерам: говорят, что тех, у кого ж/д билет с отправлением в этот день на руках – тех на маршрутки пропускают без очереди.

Родственник объясняет мужику в пятнистых штанах ситуацию. Тот, поправляя кобуру с пистолетом: «Билет на поезд покажите». Смотрит, кивает: «Проходите». Родственник: «А мне можно до Станицы проводить?» Тот мотает головой: «Не положено».

Обратный переход через линию разграничения уже не вызывал такого волнения. Сумки не проверяли – санитарно-ветеринарный конроль действует, по-видимому, только в одном направлении. Да и людей было поменьше, все- таки ранее утро. «Ополченцев» практически не видно.

И вот – нейтральная территория, 1,5 км, мост, второй и “своя” земля. Первая мысль банальна: «Как из Мордора вырвались». Интересно, что, несмотря на обилие прецедентов, об обстреле даже мысли не возникает – потенцыальная угроза от боевиков ощутимее. Вот они – рядом.

Интересно, что от Станицы до Лисичанска проезд дешевле, но в рублях – 300 бумажек с изображением квадриги Аполлона на аверсе. Но на этом приключения не заканчиваются. Дело в том, что посадки на поезд приходится ждать в холодном зале ожидания вокзала почти 3 часа. И негде элементарно чаю горячего выпить. Ау, господа лисичанские предприниматели! Сын Порошенко должен предлагать гостям города горячий шоколад, кофе и чай?

За неимением оных приходится греться наливкой, которую родственники дали в дорогу. А в вагоне, хоть и натопленном, лезть на верхнюю полку под одеяло.

Внизу женщина средних лет улыбается: «Замерзли? Это вы на пункте пропуска 3 часа на двадцатиградусном морозе не стояли. Это у вас не от холода… Наверное, первый раз были там? Ну, так это у вас от шока…»

Вагон чуть заметно дергается и перрон плавно плывет назад. А за ним остается – уже далеко – Мордор…
И только одна мысль: обитатели Русского мира, во что же вы Донбасс превратили? От чего защитили? От здравого смысла, покоя, работы? От будущего?

Павло Правый. По материалам “До слова”

Источник: http://dnpr.com.ua/

14 КОМЕНТАРІ

  1. “Предприятия – гордость Луганщины – стоят. А некоторых уж нет.” В Пологах – Абразивный – отстутствует, завод продтоваров – отсутствует, РЭС – работает на голом энтузиазме, МЭЗ – концлагерь, водоканал – аналог РЭСа, химзавод – точно не знаю, Минерал – зарплатой не блещет. В общем, процветание налицо.
    “Если кто-то помнит особенности советской пропаганды; все эти плакаты, воззвания, памятники; бесконечные “чествования героев”, “уроки мужества” – это все там есть.” А сколько чествований героев и уроков мужества прошло в Пологах в последнее время? Чуть не каждую неделю очередное “чествование” с вручением грамот.
    “Выруливает на то, то осталось от дороги. Ее видно по широкой полосе залитых водой ям”. Ну да, у нас же везде дороги очень хорошие, особенно в сторону Семеновки и Григорьевки.

    • Анекдот…приходит к доктору мужчина преклонного возраста…с жалобой на ОТСУТСТВИЕ вкусовых качеств…доктор-медсестре…табл.№8 дайте…выпил и говорит-так это же гавно!Доктор:запишите-вкус восстановлен…А я еще и плохо помню…табл.№8 дайте…так она же уже была…Запишите:память восстановлена

    • Шановний, Степане Валентиновичу, я нагадую вам, що м.Пологи розташоване на території Запорізької області, що з покон віків являлася Україною! Якщо Вам так не подобається жити на цій землі, як то кажуть “Чемодан, вокзал – Россия”. Що ж стосується “МЭЗ – концлагерь” – так це на тих, хто не хоче чесно працювати, а взагалі то роботи і в нашому місті вистачає, на Дніпрокерамікі – постійна нестача електромонтерів (і не лише їх)- бо ті хто приходять – мають на меті лише відбуваловку, а працювати – зась, краще щось вкрасти, або на біржі нічого не роблячи гроші отримати. Тож те що відбувається навколо нас жалежить лише від нас!

      • Пані Ірина напевне на унітазному заводі валяльщицьою норму дає, звідти й патріотизм, з того й щаслива – бо там з роботи на роботу “трудящієся на лімузінах шуршат…” 😉

        • Хочу, Аноніме, Вас засмутити, адже – працюю не “на унітазному заводі валяльщицьою”. Я- державний службовець, проте живу як і інші громадяни, маючи город та господарство, і щіро ненавиджу балаболів котрі можуть лише обливати багнюкою нормальних людей, а до праці – їм зась. До речі – посоромилися б, адже не має поганих професій і, на мою думку, якийсь “валяльщик – чи валяльщиця унітазів” заслуговує більшої поваги ані ж волоцюга.

          • Всі хороші професії, але є найкращі, нариклад робота в поліції. Чи знаєте ви що у нас, під час війни, мвс більше ніж армії: 358 000 поліцаїв при 250 000 військових… всі волоцюги давно в поліцію пішли! 😉

          • Не засмутили. Саме так і передбачав. Про професії можу тільки констатувати – дійсно бути грамотним, мудрим, а подекуди й освіченим, справді не завжди означає працювати на менш престижній за вашу роботі, це підтверджують ваші коментарі.

  2. казка-лякалка…накшталт …читати на ніч….

    до автора….якщо ти такий “партіот-українець”, що навіть “довелося” переключити тел.на українську, то чому статття написана російською……
    мабуть й досі слідкують щоб нічого українського не вживав?

  3. Судячи по коментам, їм навіть якщо в Григорівці посеред подвір’я впаде 122-мм снаряд нічого не дійде.

    • Чого не в Семенівці 122-мм міна? Бо як снаряд посеред подвір’я, та ще й в Григорівці, то буде рука кремля, яка по плану шатун розхитує лодку, з досок якої будується собача будка що не може i не стоятиме два-три мiсяцi, а повинна i стоятиме години згідно тарифу Ротердам+! От…

    • Плохо,когда человек (я хочу так думать,ну не полный же идиот), понимает комментарии людей и все равно ,продолжает умничать на своей волне .

  4. Есть такая поучительная сказка про собаку, которая искала себе хозяина. Пришла она раз к волку, и говорит: “давай вместе жить!” Волк отвечает: “давай”. Вот стали они вместе жить, и однажды собака вышла среди ночи, и залаяла. Следом выскочил перепуганный волк и стал её умолять замолчать, “иначе придёт медведь, и нас порвёт!” Собака плюнула с досады, и пошла к медведю жить. И снова среди ночи залаяла на луну. Медведь проснулся, дрожит как осиновый лист, просит “перестань, а то придёт человек, и нас убьёт!” Пошла тогда собака к человеку жить. И опять ночью начала лаять. Человек проснулся, кинул в неё тапком, и говорит; “чего лаешь среди ночи, мне спать не даёшь? Миска у тебя полная. Будка тёплая. Прекращай лаять, не то выгоню”. И поняла тогда собака, что человек – самый крутой, и стала ему служить.

    Мораль. Когда в собственном государстве президент, парламентарии, генеральный прокурор, силовики пугают общество Медведчуком, который спокойно разгуливает по улицам, летает прямым самолётом в Москву, и представляет Украину в Минске, – тогда это значит, что наши шавки даже до уровня медведя не дотягивают. Если не можете, боитесь Мертвечука тронуть, то сидите себе тихо, не высовывайтесь, а то путин нападёт. Нечего пугать людей тем, кого вы сами до животных коликов боитесь.

НАПИСАТИ ВІДПОВІДЬ

Будь ласка, введіть свій коментар!
Будь ласка, введіть своє ім'я тут